"Зеркало"

психологическая консультация

Мы работаем с 2002 года

Индивидуальные психологические консультации, семейные консультанты, услуги психоаналитика, услуги психотерапевта

Закрыть
Ваше имя
Контактный телефон
Удобное время звонка

г. Москва, метро: «Павелецкая»
+7 (925) 849 07 03

- Уилфред Бион
- Уилфред Бион
«Здоровое психическое развитие зависит от истины так же, как живущий организм зависит от пищи»
- Зигмунд Фрейд
- Зигмунд Фрейд
«В сексуальности соединяются самое возвышенное и самое низменное»
- Эрих Фромм
- Эрих Фромм
«В любви заключен парадокс: два существа становятся одним и все же остаются двумя»
- Джон Боулби
- Джон Боулби
«Большинство из наиболее сильных эмоций возникают во время установления, поддержания, разрыва и восстановления отношений привязанности»
- Зигмунд Фрейд
- Зигмунд Фрейд
«На психоанализ возлагается непосильная ноша, если от него требуют, чтобы он реализовал в каждом его драгоценный идеал»
- Генри Дикс
- Генри Дикс
«Супружеская измена может быть попыткой самоизлечения, необходимым кризисом в процессе развития пары»
- Джойс МакДугалл
- Джойс МакДугалл
«На риск психоанализа идут те, кто заинтересован в нанесении на карту неизвестных континентов своей души»
- Анна Фрейд
- Анна Фрейд
«Первые шаги в жизни подобны началу шахматной партии. Они предопределяют развитие и стиль игры. Но пока вам еще не угрожает мат и окончательный проигрыш, у вас есть все возможности сыграть красиво»
- Шандор Ференци
- Шандор Ференци
«Полностью избежать страдания невозможно. Научить выносить страдание - одно из основных достижений психоанализа»
- Дональд Винникотт
- Дональд Винникотт
«Делая интерпретацию, психоаналитик показывает, как много и, одновременно, как мало он способен услышать и вычленить из сообщения пациента»

Nav view search

Навигация

Искать

Каждую первую субботу месяца - скидка 50%

Страх

Когда мы говорим: «Мне страшно», «Я боюсь» – мы подразумеваем, что другой человек поймет нас без лишних комментариев. Страх все переживают примерно одинаково; это чувство – древнее, врожденное и всеобщее. Реакция тревоги присуща всем животным, и даже насекомым (вспомним, как бешено начинает носиться по комнате муха, которую мы хотели прихлопнуть газетой, но промахнулись). Тревога – это сигнальная функция психики, сообщающая нам о возможной, но еще не наступившей опасности (в отличие от боли, сигнализирующей о том, что опасность уже наступила). Основная задача тревоги – мобилизовать наш организм для отражения опасности тем или иным способом, через борьбу или через бегство. Поэтому тревога всегда связана со вполне определенными телесными изменениями: изменяется ритм сердца, гормональный фон, тонус мускулатуры, кровяное давление, потоотделение; в конечном счете – меняется наше поведение, даже если мы пытаемся это скрыть. Эти телесные изменения называются «соматическими коррелятами тревоги», и по ним можно безошибочно судить о степени ее переживания. Проходят века и тысячелетия, но соматические корреляты тревоги остаются неизменными:

Богу равным кажется мне по счастью
Человек, который так близко-близко
Пред тобой сидит, твой звучащий нежно
Слушает голос
И прелестный смех. У меня при этом
Перестало сразу бы сердце биться:
Лишь тебя увижу, – уж я не в силах
Вымолвить слова.
Но немеет тотчас язык, под кожей
Быстро легкий жар пробегает, смотрят,
Ничего не видя, глаза, в ушах же –
Звон непрерывный.
Потом жарким я обливаюсь, дрожью
Члены все охвачены, зеленее
Становлюсь травы, и вот-вот как будто
С жизнью прощусь я.

Но терпи, терпи: чересчур далёко
Все зашло…
Сапфо (VII в. до н.э.) (перевод В.Вересаева)

Мы еще вернемся к некоторым психологическим моментам этого стихотворения древнегреческой поэтессы, а пока отметим, что здесь ярко (на современный вкус – даже слишком натуралистически) отражены именно телесные стороны переживания сильной степени волнения и тревоги. Однако, как объективно регистрируемые, так и субъективно переживания признаки тревоги могут быть различны. Целесообразно выстроить эти явления по степени нарастания, чтобы наглядно продемонстрировать так называемый тревожный ряд:

а) Ощущение внутренней напряженности, когда еще нет четкого осознания угрозы, но что-то «угнетает», «на душе тяжело». Интегрированность поведения на этом уровне еще полностью сохраняется.

б) Гиперэстезические реакции. Чувствительность к внешним стимулам повышается. То, что раньше не замечалось – теперь вызывает беспокойство, раздражение (тиканье часов или капанье воды из крана мешает заснуть, вполне нейтральные слова и поступки окружающих начинают «задевать за живое», стирается грань между важным и не важным). Все это усиливает тревогу и провоцирует «цепную реакцию» (как в прямом смысле, так и в смысле «как с цепи сорвался»).

в) Собственно тревога, которая переживается как ощущение неопределенной угрозы, которая пока не имеет четкого «направления», появление которой пока трудно предугадать (а, следовательно, – с ней трудно бороться). На данном этапе запускается двоякий процесс: с одной стороны, включаются защитные механизмы психики, человек стремится логически обдумать причины своего состояния, а с другой стороны – само переживание тревоги ослабляет логику, как бы «туманит разум». В результате такая «свободно плавающая тревога» довольно быстро к чему-либо привязывается, находит себе «объяснение» (далеко не всегда логичное и правильное), и превращается в –

г) Страх. Здесь уже присутствует определенная логическая концепция; человек знает, чего именно он боится (змей, пауков, высоты, толпы, открытого пространства, инфекций и так далее – подобных фобий неопределенно много). Это знание помогает бороться с тревогой с помощью ограничительного поведения (не летать на самолетах, не спускаться в метро, сверх-часто и сверх-тщательно мыть руки…). Такие защитные действия и табу могут выстраиваться в целые навязчивые ритуалы, и чем более они становятся сложными и иррациональными, тем хуже они (увы!) защищают от тревоги.

д) Ощущение неотвратимо надвигающейся катастрофы. Нарастающее чувство страха парализует и приводит к мысли о невозможности избежать угрозы (так, например, страх заболеть какой-либо серьезной болезнью превращается в уверенность, что я ею уже заболел и скоро умру). Рациональная критика на этом этапе уже не действует; поведение больного определяется представлениями, имеющими характер бреда.

е) Тревожно-боязливое возбуждение (паника). Дезорганизованность поведения достигает своего максимума, потребность в двигательной разрядке и панические поиски помощи требуют немедленных действий («надо срочно куда-то бежать»).

Если все вышеперечисленные фазы проходятся человеком достаточно быстро (за несколько часов или даже минут), можно говорить о том, что паническая атака имеет приступообразный (пароксизмальный) характер. Подобные приступы могут иметь под собой органическую основу (черепно-мозговые травмы, контузии, опухоли мозга и т.п.), но могут быть и чисто психогенными, основанными на перенесенных ранее психологических травмах. Поэтому перед началом психотерапевтического (и психоаналитического) лечения важно с максимальной тщательностью выяснить природу подобных состояний.

Психоанализ с самых первых лет своего развития интересовался проблемой тревоги, страхов, фобий. Одна из наиболее известных работ Фрейда, случай «маленького Ганса», вышла под названием «Анализ фобии пятилетнего мальчика». В ней Фрейд, анализируя, казалось бы, иррациональный страх Ганса перед лошадьми, перед тем, что его «укусит лошадь», приходит к заключению, что под этим страхом скрываются совсем другие, бессознательные, чувства: агрессия по отношению к отцу (в борьбе за любовь матери) и страх наказания (кастрации) со стороны отца. Является ли этот «страх кастрации» предтечей и прообразом всех человеческих страхов? Современный психоанализ смотрит на этот вопрос более широко. Уже дочь его основателя, Анна Фрейд (сама ставшая психоаналитиком, одним из пионеров детского психоанализа), в своей классической работе «Эго и механизмы защиты» подразделяет источники тревоги на три категории: 1) тревога перед осуждающей силой Супер-Эго (пред тем внутренним голосом, который настойчиво напоминает нам: «Так нельзя! Это нехорошо!»); 2) тревога по поводу внешней реальной опасности и 3) тревога перед силой инстинкта, коренящегося в бессознательном. Вспомним приведенные выше строки Сапфо: страх героини доводит ее почти до обморока, хотя, казалось бы, объект ее любви – рядом, и настроен совсем не агрессивно (голос, звучащий нежно, смех – прелестный…) Но любовь притягивает ее – и пугает: недаром в русском языке слова «страсть» и «страх» - однокоренные.

Современные исследователи обращают внимание еще на один страх, пожалуй – самый глубокий и архаичный: это страх психической дезинтеграции, страх распада личности, страх «сойти с ума» . Как правило, такой страх сопровождает по-настоящему серьезные психические заболевания (шизофрению, тяжелые состояния, возникающие вследствие употребления наркотиков).

Современная цивилизация часто пытается бороться со своими страхами по методу «клин – клином»: отсюда – целая культура «ужастиков» (все эти «Нечто», «Чужие», графы Дракулы, Фредди Крюгеры…); здесь же и корни популярности «экстремальных» видов спорта. Действительно, гораздо «легче» бояться вурдалака на экране, чем ядерной войны или экологической катастрофы. Реальные страхи вытесняются в бессознательное, но «свято место пусто не бывает…»

Литература
  1. Античная литература. Греция. (Антология в 2-х тт.) М., 1989
  2. Березин Ф.Б.: Психическая и психофизиологическая адаптация человека Л., 1988
  3. Фрейд З.: Анализ фобии пятилетнего мальчика (в сб. «Психология бессознательного») М., 1989.
  4. Фрейд А.: Эго и механизмы защиты М., 2003

Яндекс цитирования Психология 100 NP.ru - НайтиПросто.ру - Бизнес справочник предприятий Москвы